Марк Арно - Чемодан из Гонконга [ Межавт. сборник]

— Хорошо… — протянул я. — Что это?

— Суп.

— Суп. Ты готовила?

— Да, мистер Шофилд.

— Я люблю тебя.

Она не обратила внимания на эти слова. Маленькая Линда. Теперь большая девочка.

— Спасибо, — сказал я. — Последнее, что я помню: кто отрезал мне ногу?

— Вы лежали на дороге возле большого кораля. Денни и Бронк возвращались домой. Они чуть не споткнулись о вас.

Денни и Бронк — тренер и менеджер Баки.

— Уверен, старый дядюшка Бронк был рад видеть меня.

Откуда-то совсем близко снова донеслись те же мужские голоса. Линда оглянулась и придвинулась ближе, положив свои теплые мягкие ладошки мне на уши.

— Денни осмотрел тебя. Все в порядке. Бронк сумасшедший малый. Он не знал, что Баки звонил тебе о… той девушке. Он звонил из моей комнаты. Будьте осторожны, мистер Шофилд. Баки и Бронк готовы подраться. Денни — на стороне Баки.

Это было серьезно. Профессиональный боксер вынужден ограничивать свидания перед боем. Баки был сильно расстроен.

Я улыбнулся Линде.

— Спасибо еще раз. Я буду осторожен. Ответь мне на один вопрос.

Она уходила, но задержалась, повернув ко мне широкое скуластое лицо.

— Да?

— Та девушка, — сказал я, — Куколка. Она плохая?

Линда посмотрела на меня долгим взглядом. Потом опустила глаза и сжала губы.

— Она просто дрянь.

Я не знал определенно, что она имела в виду под словом дрянь, но произнесла она его уверенно.

Из-за двери комнаты по-прежнему доносились голоса. Линда вышла, неся пустую чашку. Я оглядел комнату. Не знаю, в каком состоянии находился мой нос, но он медленно сипел и унюхивал смесь человеческого пота, мази, старой и новой кожи и грязных носков. Это была раздевалка Баки. Сохранился также запах лошадей, потому что здесь однажды хранили их сбрую.

За дверью тон одного из голосов повысился. Это был голос Баки Фарелла.

— Ладно, — сказал он. — Ты заработаешь, заработаешь. Но не вмешивайся! Это мое личное дело.

Послышалось ворчание, дверь открылась, и они вошли все трое.

Баки — первый. За ним Денни Прадо, тренер, бывший тяжеловес. Его уши были словно покрыты скорлупой, а руки — такие гладкие и нежные, что даже не похожи на мужские. Он скользнул вдоль стены и прислонился к ней с опущенными глазами. Бронк, менеджер, большой и сильный молодой парень с совершенно лысой головой, шагнул следом за Баки к столу, где я лежал, потом передумал и повернулся. Он наступил на правую ногу Денни и нервно огляделся. Денни указал ему на ногу, и Бронк сошел с нее. Баки наклонился над столом, посмотрел на меня. Он был большой, как паровоз. Но взгляд его был встревожен. Ирландская физиономия испещрена шрамами вокруг глаз и рта.

— Пит, малыш, как ты?

— Лучше. Как ты?

Я кивнул Бронку, который ответил нервным жестом и отвел взгляд. Я кивнул Денни, но он не заметил. Бронк хлопал по карманам, что-то ища.

— Ладно, — буркнул Баки, — если тебе лучше, давай рассказывай, что случилось. Где Куколка?

Я уставился на него.

— Она не была у тебя?

— Никого у меня не было. Не увиливай, Пит. Что случилось?

— Последний раз я ее видел, когда она промчалась на своей ракете по направлению к городу. Естественно, я решил, что она уже здесь или позвонила тебе.

— Она не звонила. Что случилось?

Бронк нашел, что искал. Сигарету. Он сунул ее в рот и стал искать в кармане спичку.

— Помоги мне встать, — сказал я Баки.

Он подал мне руку, в полтора раза крупнее нормальной, и я сел на край стола. Мой желудок перевернулся, но затем встал на место. Все кружилось вокруг меня с полминуты. Потом я облизал губы, пошевелил ими и начал рассказывать, что произошло. Только факты. Без красочных эпитетов. Рассказал за две минуты.

Когда я закончил, Баки стал расхаживать взад-вперед. На нем была шелковая спортивная рубашка, рукава обтягивали его могучие бицепсы. Он выглядел хорошо, только был невесел. Бронк наблюдал за ним, перекидывая сигару из одного угла рта в другой ритмично, как под музыку. Денни больше смотрел на пол.

— Ты говоришь, Куколка уехала, пока ты был занят с теми двумя гадами, так?

— Так мне запомнилось.

— Который был час?

— Не знаю… около семи.

Баки посмотрел на свои часы.

Он растерянно взглянул по сторонам, потом подошел к стене, где висел телефон, снял трубку и заговорил. Бронк сделал два шага к нему, передумал и ретировался. Он наступил на другую ногу Денни, и Денни обратил его внимание на это. Бронк сошел с нее. Большое лицо Баки сжималось и сжималось, пока он держал трубку около уха, слушая. Потом снова посмотрел на часы и повесил трубку.

— Она не отвечает.

— Который час? — спросил я.

— Четверть десятого.

Мне становилось лучше. Я встал на ноги и начал балансировать.

— Слушай, Баки… — начал Бронк.

— Заткнись! — крикнул Баки. — Я сказал тебе, ты получишь свое, но не вмешивайся.

— Я твой Богом данный менеджер, — обиженно заметил Бронк.

— Отлично! — проревел Баки. — Ты мне как мать.

— Нет, конечно…

— Тогда заткнись.

Бронк заткнулся так резко, что перекусил сигарету. Зажженный конец упал на пол, и он наступил на него, глядя на Баки. Я никогда не слышал, чтобы тот так грубо разговаривал с Бронком, который так много для него сделал. Конечно, Баки тоже много сделал для Бронка.

— Слушай, Пит, — сказал Баки, — ты действительно чувствуешь себя в норме?

— Действительно. Я чувствую себя разбитым, но мне уже намного легче.

— Ты пойдешь со мной? Я заплачу.

— С тобой — да. Один — нет.

Бронк снова подошел. Он сплюнул остаток сигареты, схватил Баки за руку и дернул.

— Послушай! Ты сейчас сильно взволнован из-за этой… этой…

— Осторожнее! — взревел Баки.

Губы Бронка жевали воображаемую сигарету.

— Ты никуда не пойдешь, — сказал Бронк. — Ты останешься здесь и ляжешь спать. Черт, я пойду вместо тебя.

Я замер, ожидая, что Баки его ударит. Денни отошел от стены. Но Баки не ударил. Он опустил огромные ладони на руки Бронка и похлопал его, как собаку.

— Нет, Бронк, ты останешься. Не надо никуда идти. Я пойду с Питом. Я еще не знаю точно куда, но пойду. Я не могу так все это оставить. Пит мне поможет. Теперь оставь меня и отдохни. Тебе это надо.

Я догадался, что Баки впервые самостоятельно пошел на серьезное дело. Бронк не мог с этим согласиться. Он побледнел и нервно завертелся. Баки подал мне руку, я встал на ноги, которые дрожали, как у Бронка, только по другой причине. Пальцы Бронка тоже дрожали, а рот шевелился, не произнося ни слова. Мы были уже у двери, когда он завопил:

— Ты сделаешь это ради меня, Баки Фарелл! Я буду ухаживать за тобой! Я разорву контракт! Я отменю бой!

Баки передернул своими массивными плечами и подтолкнул меня к узкой двери, в которую недавно вышла Линда.

— Ладно, Бронк, давай. Потом объяснишь комиссии.

Дверь хлопнула. Я снова оказался в пустынной ночи, но чувствовал себя на этот раз гораздо лучше, с супом в желудке и с Баки под боком. Мы шли по широкой тропе между конюшнями и многочисленными жилыми постройками ранчо. Среди них выделялся дом, в котором жили Вероника и Линда. Ниже, по правую сторону, стояло длинное здание, переделанное под жилье для Баки и его людей, а также для посетителей. Дальше располагались другие здания. Большинство из них не использовались, лишь напоминая о прошлых днях ранчо.

Баки повел меня к себе.

— Я надену пальто. Подожди меня. — Я сел в маленькой уютной прихожей. Там стояли кожаное кресло и столик с газетами и журналами, в большинстве своем спортивными. На стенах висели фотографии. Я узнал Джека Демпси, Джо Луиса, Джима Бреддока, Макса Байера, Шугара Рея и Флойда Паттерсона. В середине была Джейн Мэнсфилд. Она висела между Демпси и Бреддоком и очень украшала собой коллекцию. Я не нашел фотографию Куколки и решил, что он держит ее в спальне.

На журнальном столе стоял телефон, и я решил им воспользоваться.

— Баки, можно позвонить?

— Разумеется.

Я позвонил домой, но к телефону никто не подошел. Я подождал несколько секунд и положил трубку. Вошел Баки. На нем был шерстяной спортивный пиджак и черный шарф. Не приняв сторону Бронка, я, однако, сомневался в целесообразности такой экскурсии.

— Баки, ты уверен в том, что делаешь? — спросил я.

— Да, да, почему бы нет. Пойдем.

— Хорошо…

Лицо Баки сморщилось от нетерпения. Ему не нравился такой разговор.

— Сколько она тебе дала? — спросил он.

— Кто? Что?

— Куколка. Я сказал ей, чтобы она дала тебе пять сотен.

— За что?

— Ты же работаешь не ради забавы?

— A-а… Она была слишком расстроена.

Послышались шаги. У дверей кто-то остановился.

— Входи, — сказал Баки.

Он толкнул дверь. За дверью стоял Бронк с новой сигаретой в зубах. Денни стоял позади Бронка и глядел на свои ботинки.